Livejournal Facebook Twitter

Странствия романтика: Валаам (Часть 4)

Янтарные лучи вечернего солнца играли золотистыми бликами на рассекаемых носом теплохода водах Свири, над волнами гулял прохладный ветерок, а туристы, купавшиеся в заводях близ установленных у кромки берега палаток, приветливо махали нам руками, напоминая издалека слегка поддатых, но от этого ничуть не утративших энтузиазма русалок и водяных. Жизнь казалась прекрасной. Поднявшись по узкому металлическому трапу, мы очутились на верхней прогулочной палубе корабля.

 

Посреди открытого пространства огороженной леерами кормовой части «Тургенева» одиноко высился видавший виды деревянный стул, на котором, неприлично расставив ноги, восседала средних лет и отнюдь не средних габаритов дама в коричневом свитере и короткой стрижке «под горшок». Дама являлась счастливой обладательницей величественной царственной осанки, проницательного орлиного взора, и алой, как пионерский галстук, физиономии, столь диковинный колер которой был, очевидно, благоприобретен под сокрушительным воздействием крепких морских ветров. Для полноты образа ей недоставало лишь массивной абордажной сабли на перевязи и попугая-матерщинника на плече. На коленях дамы покоился внушительных габаритов аккордеон, сипло выводивший мелодию «Катюши». Судя по издаваемым инструментом сдавленным звукам, аккордеон страдал бронхиальной астмой и полным отсутствием музыкального слуха одновременно, причем и тем, и другим — в крайне тяжелой форме.

На палубе понемногу собиралась публика, влекомая из глубин корабля на свежий воздух фальшивыми звуками гармони. Пассажиры лайнера неторопливо откупоривали пиво и настороженно переглядывались в ожидании начала представления. Кто-то, сдвинув вместе несколько неровно окрашенных синей краской скамеек, принялся реализовывать культурную программу с опережением графика, достав из кармана комплект пластиковых стаканчиков и литровую бутыль водки. Присутствующие заметно оживились.

— Итак, уважаемые пассажиры, я искренне рада представить вам себя, — изрядно прокуренным баритоном произнесла дама в невесть откуда взявшийся микрофон, выжав из своего аккордеона последнее задыхающееся трезвучие. — Я являюсь координатором вашего тура, и по долгу службы должна помогать вам в организации культурной программы, чтобы вы, значит, не скучали. Поэтому сейчас мы с вами проведем конкурс под названием «а ну-ка, парни, а ну-ка девушки». Соответственно, для исполнения задуманного мне понадобится пятеро представительниц прекрасной половины человечества и пятеро молодых людей. Добровольцы есть?

Потенциальные добровольцы предприняли героическую попытку прикинуться грот-мачтой и принялись сосредоточенно разглядывать раскинувшиеся по берегам реки великолепные пейзажи.

 

 

— Понятно, — зловеще резюмировала Координатор. — Придется выбирать добровольцев методом принудительной мобилизации. Значится, так: подойдите-ка сюда вы, вы, вот вы, еще вы, и вон тот товарищ с бутылкой… Бутылку можете оставить на сидении.

Пассажиры, на которых останавливался музыкальный палец Координаторши, с видом обреченных на расстрел партизан передали недопитые стаканы своим спутницам и неохотно образовали на палубе в нестройную колонну.

— Дорогой, может, и ты пойдешь в добровольцы? — Промурлыкала мне на ухо супруга. — Стране нужны отважные герои. А буду терпеливо ждать твоего возвращения, украдкой утирая одинокую слезу.

— Нет уж, милая, — шепотом ответил я. — Из всех человеческих глупостей я предпочитаю те, за которыми можно наблюдать со стороны.

Тем временем набор добровольцев подошел к своему логическому завершению. В наличии явно имелся полный комплект как девушек, так и парней, разве что кое-кто из последних несколько нетвердо держался на ногах. Координаторша оглядела добычу критическим взглядом и вновь потянулась к микрофону:

— Для начала нужно поприветствовать публику. Ну-ка выстроились в ряд, и пошли по кругу!

Аккордеон сдержанно пискнул, и выплеснул из своего чрева незатейливую мелодию «Прощания славянки». Исполнители гуськом затопали по палубе, вяло помахивая руками в сторону зрительской аудитории. Судя по кислому выражению их лиц, они с гораздо большей охотой занялись бы сейчас чем-нибудь более веселым и полезным для общества. Например, вздернули бы на рее Координаторшу вместе с ее музыкальным инструментом.

— Судя по всему, эта тетка раньше работала массовиком-затейником в детском садике. — Шепотом предположила моя жена.

— Искренне в этом сомневаюсь, — так же, вполголоса, откликнулся я. — Судя по качеству исполнения, все детишки в этом случае мгновенно перемерли бы от ужаса. По крайней мере, я на их месте после первых же трех тактов точно утопился бы в ночном горшке.

— У нас имеется две команды. — Подвела итог первой части выступления обладательница аккордеона-инвалида. — Одна состоит из пассажирок теплохода «Тургенев», вторая, соответственно, из пассажиров. Как мы назовем команду девушек?

— «Тургеневские барышни»! — Выкрикнул кто-то из присутствующих.

— Годится. — Кивнула Координаторша. — Как насчет команды мужчин?

— Может быть, «Национальная Алкогольная Сборная Российского Антикварного Теплохода», мягкий знак? — Предложил тот же голос.

— А мягкий знак зачем? — Удивленно переспросила наша массовица-затейница.

— Чтобы в сокращенном варианте название команды выглядело более благозвучно.

— Нет, слишком длинно. — С сомнением в голосе произнесла Координаторша. — Еще варианты будут?

— Давайте назовем нашу команду «Свирские Караси», — предложил один из участников концерта. — И простенько, и со вкусом.

— Отлично, — кивнула Координаторша и повернулась в сторону открытых дверей расположенного позади нее танцевального зала. — В качестве членов жюри сегодняшнего конкурса будет выступать наш экскурсовод…

Стоявшая в дверях милая дама бальзаковского возраста в платье до пят мило улыбнулась и кивнула головой.

— Так вот кто, типа, будит нас по утрам своими, натурально, рассказами про всяких чиста зверушек-финтифлюшек, — процедил сквозь зубы сидевший рядом с нами парень, сжимавший в украшенной массивным перстнем руке пухлую барсетку. Приглядевшись, я решил, что парень имеет форму квадрата не только в поперечном сечении, но и во всех трех геометрических проекциях: непосредственно на квадратное туловище была насажена, минуя шею, голова с короткой квадратной стрижкой под орангутанга, а квадратный подбородок, подчеркивающий квадратную линию нижней челюсти, ритмично пережевывал жвачку, описывая в атмосфере ровную квадратную траекторию. Разговаривал он тоже как-то угловато, квадратно.

— …и нашего звукорежиссера, организовывающего по радиотрансляции музыкальную программу круиза. — Подытожила Координаторша. Высившийся близ экскурсовода сутулый и тощий парень, чем-то напоминавший изрядно отощавшего студента-третьекурсника со следами двухнедельной сессии на лице, задорно тряхнул челкой, едва не уронив на палубу собственные очки.

— Так вот кто поставил нам «Чужую свадьбу» в качестве праздничного сюрприза, — процедила сквозь зубы моя прекрасная половина, кровожадно прицелившись в звукорежиссера глазами сквозь полуопущенные ресницы. Тот перехватил ее взгляд, и мне показалось, что очки у бедолаги мгновенно запотели.

— Первым номером нашей сегодняшней программы будет упражнение с мячом. — Радостно заявила Координаторша, и извлекла откуда-то из-за спины небольшой детский мячик. — Выстройтесь, пожалуйста, в две колонны лицом в затылок друг другу. Ноги на ширине плеч. Участник, расположенный в колонне последним, будет передавать мячик впередистоящим над головой, а когда мяч достигнет первого в очереди, начинаем передавать его назад промеж ног. И так три раза. Чья команда справится первой, той и присуждается победа. Готовы? Начали!

Аккордеон всхлипнул, и заиграл «Во поле березка стояла». «Караси», на мой взгляд, справлялись с мячом значительно лучше российской сборной по футболу, дамы же заметно отставали, поскольку на обратном пути мячик отчаянно путался в юбках и периодически выскальзывал из наманикюренных пальчиков. Хотя, справедливости ради следует отметить, что в те минуты, когда девушки наклонялись вперед с целью передать спортивный инвентарь ожидающим своей очереди товарищам по команде, вид сзади открывался просто фантастический. Я даже искренне пожалел, что не прихватил с собою из каюты фотоаппарат. В тот же миг, словно откликаясь на мои мысли, где-то рядышком сверкнула ослепительная молния фотовспышки.

— Сегодня какой-то национальный русский праздник? — С невинным видом поинтересовался по-английски наш давешний знакомый, прокручивая пленку на один кадр вперед. — Интересно было бы узнать, как он называется.

— Это не праздник, это конкурс. — Охотно пояснил я.

— Конкурс? — Поднял бровь англичанин. — Что ж, если это соревнование, то мужская команда, по моему мнению, имеет значительно больше шансов на победу.

— Как сказать, — пожал плечами я. — Согласно объявленным условиям, победителями конкурса признаются те, чьи задницы выглядят со стороны аппетитнее. Так что если вам больше нравятся представители мужской команды, я не стану спорить о ваших вкусах.

Англичанин густо покраснел и принялся сосредоточенно копаться в своем фотоаппарате. Тем временем Координаторша объявила результаты упражнений с мячом: выиграли, разумеется, «Караси».

— Счет один-ноль — Пробасила в микрофон она. — Теперь настало время второго этапа.

С этими словами дама-с-баяном извлекла на свет здоровенный кочан капусты и два жутковатых на вид кухонных ножа. Щуплый звукорежиссер, отдуваясь и наступая самому себе на ноги, вытащил на середину палубы небольшой круглый столик.

— Сейчас мы разделим этот кочан капусты на две равные части и выдадим каждой команде по половинке. — Пояснила свои действия Координаторша. — Задание простое: нужно как можно быстрее нашинковать свою часть кочана. Готовы? Вперед!

Над палубой разлилась задорная мелодия «Эх, яблочко!», в воздухе замелькали клинки, в стороны полетели разнокалиберные зеленые ошметки. «Тургеневские барышни» действовали с явным преимуществом: видимо, сказывались длительные и упорные тренировки на кухне.

— Что они делают? — Вновь подал голос любопытный англичанин.

— Готовят нам ужин. — Откликнулся я. — Сотрудники ресторана попросили пассажиров подменить шеф-повара, отравившегося утренней запеканкой. Вот и стараются вовсю.

Иностранец недоверчиво покосился в мою сторону, но промолчал.

Девушки справились с поставленной задачей гораздо быстрее своих оппонентов. Под финальные аккорды «Яблочка» мужики устало достругали кочерыжку и воззрились на членов жюри преданными глазами.

— Победили барышни, — робко произнес в микрофон звукорежиссер, загадочно сверкнув очками.

— Судью на мыло! — Громко гаркнул в ответ Квадрат с барсеткой, вслед за чем щедро отхлебнул из стоявшей подле его ног двухлитровой пивной бутылки.

— Что он сказал? — Спросил иностранец, неодобрительно покосившись на пиво.

— Янки, гоу хом! — Мгновенно перевел Квадрат и шумно срыгнул. Англичанин побледнел и поспешно спрятал фотоаппарат запазуху.

— Что ж, настало время третьего этапа. — Не унималась Координаторша. — Сейчас мы проверим, насколько качественно вы справились с предыдущим заданием. Вам предстоит съесть всю только что нарезанную капусту на скорость. Начали!

Под звуки «А кто-то с горочки спустился» народ принялся набивать рты свежеприготовленным капустным салатом. Сиплая мелодия аккордеона моментально потонула в воцарившемся над палубой отчаянном хрусте. С обреченным упорством приговоренных к голодной смерти каторжников, мужики набивали рты зеленым крошевом, стремясь поймать нелегкую нить ускользающей от них победы. Под коллективным натиском сильной половины человечества хрупкие создания дрогнули и отступили. Безусловно, в конкурсе с названием «приготовить» женщинам не было равных, но вот в состязании под девизом «пожрать» сравниться с мужчинами могло разве что стадо голодной саранчи. «Караси» одержали тяжелую, но уверенную победу.

— На, брателло, запей. — Квадрат сочувственно протянул свое пиво одному из участников с наиболее округлившимися глазами и набитым ртом, из уголка которого трогательно свисал недожеванный листочек капусты. — Глядишь, поможет.

— Фпафибо! — Мрачно пробубнил тот и жизнеутверждающе икнул.

— Счет два-один в пользу мужчин! — Радостно объявила Координаторша. — Четвертый этап! Сейчас наш звукорежиссер выставит перед зрителями два стула. Каждая команда выберет один из них. Задание таково: члены команды по очереди должны обежать стул, сесть на него, громко произнести свою фамилию, и вернуться в строй. Команда, справившаяся раньше другой, победила. Все ясно?

— Похоже, мы проиграли. — Обреченно произнес один из «Карасей».

— Это почему? — Недоверчиво поинтересовалась Координаторша.

— Потому что моя фамилия Лейцербейбель. — Глядя на нее исподлобья, пояснил тот. — Пока я ее произнесу, девчонки успеют сбегать пешком до Валаама и вернуться обратно.

— Ничего страшного, — успокоила его Координаторша. — Люди и с такими фамилиями живут. Предлагаю компромисс: на период конкурса вы временно станете Ивановым. Идет?

— Всю жизнь мечтал, — неохотно отозвался Лейцербейбель, но все же согласно кивнул.

— Прекрасно. Мужчины, какой у вас будет стул?

— После капусты — наверное, жидкий. — С оптимизмом в голосе ответил Лейцербейбель-Иванов.

— Я имею в виду, синий или красный?

— Да нам без разницы. — Хором заголосили мужики.

— Тогда на старт! Внимание! Марш!

Аккордеон заиграл «День победы», обе команды дружно сорвались со своих мест и ринулись занимать сидячие места. Барышни поминутно путались в платьях, Лейцербейбель — в фамилиях. В итоге девушки победили.

— У нас ничья. — Подытожила Координаторша, обводя взглядом изрядно утомленных капустой и беготней конкурсантов. — Объявляю последний этап, который и решит итог соревнований. Сейчас мы инсценируем русскую народную сказку, и тем из вас, кто справится с инсценировкой более артистично, и будет присуждена окончательная победа. Однако я вижу, что наши участники слегка подустали, поэтому я предлагаю небольшую замену.

 

 

Две девушки и двое молодых людей были отправлены на скамейку запасных, в составе «Тургеневских барышень» появилась пара новых участниц. С мужчинами дела обстояли несколько более напряженно, поскольку сильная половина человечества присутствовала на палубе теплохода в явном меньшинстве. Координаторша окинула туристов взором генерала, оценивающего личный состав своей армии перед судьбоносным сражением. Ее глаза неожиданно остановились на нашем квадратном попутчике.

— Молодой человек, подойдите, пожалуйста, сюда. — Вкрадчиво произнесла она. — Вы у нас будете Репкой.

— А что, похож, — тихо сказала мне на ухо жена.

— Че, я, что ли? — Оторопело переспросил Репка, но, убедившись в том, что Координаторша имеет в виду именно его, подхватил барсетку и неохотно поднялся со своего места.

— А косметичку свою оставьте на скамейке. — Посоветовала та.

— Это не косметичка. — Проворчал в ответ Репка. — Это, чиста, бумажник.

Репку усадили на скамейку и нацепили ему на голову вырезанную из картона маску с изображением сказочного корнеплода. На фоне стриженой ежиком квадратной макушки аккуратно выведенная зеленой гуашью кучерявая ботва смотрелась более чем живописно. Из числа присутствующих мужчин была в спешном порядке избрана Бабка, которой надели на голову симпатичный цветастый платочек, а Внучкой по всеобщему согласию стал Лейцербейбель-Иванов. Тут процессе подготовки спектакля возникла небольшая заминка, поскольку согласно сценарию голову Внучки должен был украшать огромный фиолетовый бант, укрепленный на большой пластмассовой заколке, в то время как голова Лейцербейбеля сверкала высокохудожественной лысиной. Благородный Репка тут же предложил воспользоваться имеющимся у него в барсетке рулоном скотча, однако Внучка от скотча отказалась, торжественно пообещав на протяжении всего грядущего представления придерживать бант рукой. Одна из девушек опрометчиво вызвалась на роль Деда, в результате чего ее лицо украсилось косматой оранжевой бородой из мочалки на резинке, выглядевшей так, словно она была временно позаимствована у вышедшего на пенсию Санта-Клауса, подрабатывавшего в период летних отпусков корабельной шваброй. Среди оставшихся девчонок быстро отыскались Мышка и Жучка. В штатном расписании оставалась всего одна незанятая вакансия.

— Молодой человек, а вы почему сидите без дела? — Донесся до меня грудной бас массовицы-затейницы. — А ну-ка пойдите сюда! Да, да, именно вы. Будете Кошкой.

Указующий перст Координаторши был направлен в мою сторону. Тяжело вздохнув, я передал жене недопитую банку пива, и занял отведенное мне место среди актеров. Звукорежиссер торжественно вручил мне соответствующую картонную маску. Существо, изображаемое маской, ничуть не напоминало пушистую домашнюю мурлыку, а более всего походило на результат безжалостного эксперимента генетиков по скрещиванию американского скунса с дикобразом, к которому какие-то извращенцы с некой известной лишь им одним целью пришили уши от Чебурашки. Маску пришлось одеть.

После краткого объяснения сути происходящего спектакль начался. Раз двадцать мне пришлось прокричать «Мяу!», прежде чем я окончательно охрип, в результате чего мой голос обрел отчаянные интонации мартовского кота, которого жестокие хозяева волокут за шкирку к ветеринару для проведения известной профилактической процедуры. Потом мы начали вытягивать репку. Репка, вцепившись в скамейку, сдавленно сипела и вполголоса материлась. Наконец под бурные аплодисменты публики раскрасневшийся как кормовая свекла овощ был успешно вытянут с грядки и с грохотом повалился на палубу, придавив под собою Внучку и Мышку. Посовещавшись, жюри решило присудить «Карасям» и «Барышням» по одному очку за очевидные успехи в области театрального мастерства. Победила дружба: парни получили в награду бутылку водки, а девчонки — бутылку шампанского.

— Кысь-кысь-кысь, — поманила меня жена, когда я сдал ставшую уже ненужной маску звукорежиссеру и направился к своему месту с твердым намереньем подлечить растрепанную нервную систему добрым глотком прохладного пива.

— Мяу? — Вопросительно отозвался я.

— Посидим еще немного, или отправимся в бар? — Заботливо поинтересовалась моя супруга.

— Мяу, — пожал я плечами, демонстрируя полную индифферентность по отношению к происходящему.

— Может быть, вернемся в каюту? Скоро ужин. — Предложила в ответ Галя.

— Мяу! — Категорично замотал я головой.

— Ну, как хочешь. — Ответила она и повернулась к импровизированной сцене, благо, шоу, судя по всему, вскоре должно было продолжиться.

— А сейчас мы начинаем вечер песни и пляски! — Произнесла в микрофон Координаторша, устраивая поудобнее аккордеон на своих натруженных коленях. — Что будем играть?

— «Пинк Флойд» слабо? — Мстительно прокричал я в ответ. Координаторша смерила меня долгим задумчивым взглядом и размашисто вытерла нос рукавом, отчего гармонь издала протяжный минорный аккорд.

— Лучше назовите что-нибудь русское народное. — Внесла она конструктивное контрпредложение.

— «Семь-сорок», — охотно подсказал я. Гармонь визгливо поперхнулась до-минором.

— Давайте лучше все вместе споем старую песню о любви, — пробасила Координаторша, и с надрывом затянула «Огней так много золотых…». Народ нестройно подхватил.

— Ой, как классно она поет! — Послышался поблизости высокий женский голос. Рядом с нами на скамейку плюхнулась полная, одетая в нелепую оранжевую футболку девушка с простоватым лицом швеи-мотористки третьего разряда, и с энтузиазмом принялась подпевать, до того фальшиво, что у меня едва не заложило среднее ухо. Глаза юной особы нездорово блестели, а в воздухе отчетливо повеяло алкоголем.

— Это русская народная песня? — Неожиданно поинтересовался англичанин, который, как оказалось, все еще с интересом наблюдал за происходящим, привалившись спиной к ограждению палубы.

— Точно, русская народная. — Ответил я. — Русский народ очень часто поет эту песню по большим праздникам. Особенно, если предварительно хорошо примет на грудь.

— Ой, а это что, иностранец? — Быстро переключила свое внимание с музицирования на нашего знакомца девушка. — Это же классно!

— Спросите у него сами. — Предложил я.

— Ой, ну я того, не знаю… — Застеснялась она. — Мы, это… Короче, того… Иностранный давно, эта, проходили…

— Причем, скорее всего, проходили мимо. — Подсказал я. — Смелее, он не укусит.

— Ну, короче, эта… — Обернулась девушка к навострившему уши иноземцу. — Дую спик инглиш?

От столь кардинальной постановки вопроса англичанин едва кубарем не свалился за борт.

— Ой, а фотоаппарат у него классный! — Не унималась юная особа. — А передайте ему, эта… Короче, давайте я его на память щелкну!

— Что она говорит? — Растерянно поинтересовался англичанин. В его голосе чувствовались настороженность и смятение.

— Она говорит, что хотела бы подержать в руках ваш аппарат. — Ехидно произнес я. Лицо англичанина приобрело нежный оттенок морской волны.

— Это невозможно! — Замахал руками он. — Послушайте, скажите юной леди, что я крайне польщен ее вниманием, но, к сожалению, я женат, и поэтому не смогу удовлетворить ее просьбу. И вообще, я, пожалуй, пойду. Всего доброго!

Нервно оглядываясь по сторонам, иностранец быстрым шагом ретировался по направлению к собственной каюте.

— Ты его так до инфаркта доведешь, — укоризненно попеняла мне жена.

— Ничего страшного, в Англии отличная медицина. — Успокоил ее я. — Знал ведь, куда едет, так что должен был морально подготовиться к грядущим трудностям. Пойдем, нас, кажется, зовут к ужину.

Под звуки «Ой, цветет Калина» мы покинули гостеприимную прогулочную палубу «Тургенева». Ужин оказался великолепным, и за едой мы не заметили, как наступил теплый, солнечный вечер.

Наутро нас ждал Валаам.

Продолжение следует…

Поиск

Энциклопедия Windows - Winpedia.ru Русское сообщество пользователей Android Дистанционное обучение нового поколения

Верстка, контент, дизайн © 2000 - 2017, Валентин Холмогоров.